Главная     Архив новостей     Лента RSS     Справка     Админ
Константин Колонтаев Создание и боевые действия парашютного спецназа Черноморского флота в 1941 – 1944 годах
Прочитано 5872 раз(а), написано 19.02.2014 в 19:13

Глава 1. Первый парашютный десант Черноморского флота и рождение черноморского флотского спецназа в начале Великой Отечественной войны

Планируя высадку 22 сентября 1941, с моря в тыл осаждающим Одессу румынским войскам, в район села Григорьевка 3-го полка морской пехоты, командование Черноморского флота решило, в ходе этой десантной операции, предпринять, так же и выброску в тылы румынских войск, на тактическую глубину, в район деревни Шицли, небольшого парашютного десанта. Главной задачей этого десанта была дезорганизация управления войск противника, а так же психологического воздействия на румынские части, с целью создания среди них панических настроений.

К созданию, к созданию и подготовке первого в истории Черноморского флота парашютного спецназа приступили в большой спешке, примерно за две недели до начала высадки морского десанта. Личный состав морских парашютистов – спецназовцев набирался по добровольному принципу, из матросов и старшин, проходивших службу в  наземном обслуживающем персонале авиационных частей флота, главным образом из 62-й истребительной авиационной бригады.

Всего в этот парашютный отряд, а точнее, по сути, отдельный взвод флотского спецназа было отобрано 23 человека. Командиром отряда был назначен старшина Анатолий Кузнецов, его заместителем — сержант Мстислав Богданов. С учетом специфики предстоящих действий каждый парашютист – спецназовец был вооружен пистолетом-пулеметом с несколькими запасными магазинами, кинжалом и несколькими ручными гранатами. Предполагалось, что все зачисленные в отряд бойцы уже имеют необходимую парашютную подготовку, что на самом деле не соответствовало действительности.

С учётом предполагаемой достаточной парашютной подготовки, главное внимание на занятиях уделялось основам общевойсковой тактики, приобретению навыков владения огнестрельным и холодным оружием, отработке приемов рукопашного боя. Личному составу не сообщались истинные цели усиленной подготовки отряда. Считалось, что он готовится для длительных партизанских действий в глубоком тылу врага. В результате, этот столь малочисленный воздушный десант, тем не менее, сыграл весомую роль в успехе высадки морского десанта и выполнения поставленной ему задачи.

За несколько часов, до начала высадки десанта морской пехоты в Григорьевке, поздним вечером 21 сентября 1941, 23 флотских парашютиста – спецназовца погрузились на аэродроме в крымском городе Саки на тихоходный четырехмоторный бомбардировщик ТБ-3 из 18 — го транспортного отряда ВВС ЧФ (командир экипажа старший лейтенант С. П. Гаврилов), который после взлета направился в сторону Одессы.

За 30 минут до начала высадки морского десанта, в 1 час 25 минут 22 сентября 1941, когда корабли открыли огонь по берегу в районе высадки у села Григорьевка, самолет с десантниками, находясь на  траверзе Куяльницкого лимана под Одессой развернулся в направлении Аджалыкского лимана, и, находясь в воздухе в 4 километрах севернее села Шицли, приступил к выброске парашютистов в район высоты 57.3, примерно в 10 километрах от побережья.

Данное место выброски воздушного десанта было выбрано весьма удачно – оно находилось в центре пересечения линий связи и путей, выдвижения ближайших к участку высадки морского десанта резервов противника. Это позволяло парашютистам после приземления сразу приступить к выполнению своей задачи без длительных передвижений к месту атаки.

Выброска парашютистов за 30 минут до начала высадки морской пехоты, позволила отвлечь внимание противника от береговой черты, нарушило управление его войсками, а темная ночь и действия парашютистов в нескольких местах одновременно создали у командования 15 – й румынской пехотной дивизии преувеличенное представление о силах и возможностях воздушного десанта.

Поскольку десантную группу собирали в спешном порядке из воинов, имеющих опыт прыжков с парашютом, из различных частей, то на сколачивание подразделения и тренировки не осталось времени. Участники десанта почти не знали друг друга, среди добровольцев оказались даже, и не имеющие опыта парашютных  прыжков. Во время высадки десантированию мешал сильный ветер. Всё это затянуло выброску парашютистов. Последнего, двадцать третьего парашютиста летчики не десантировали, так как самолет оказался уже над лиманом.

В результате, всего этого произошло рассеивание парашютистов на большой площади. Несколько десантников угодили в лиман. Есть сведения, о том, что вскоре после этого, местные жители обнаружили и похоронили поднятых из лимана парашютистов. Один десантник оказался по другую сторону лимана в районе села Старые Беляры, где был взят румынами в плен.

Ночное время благоприятствовало скрытности выброски десанта и его боевым действиям во вражеском тылу, но затрудняло сбор и действия, разбросанных по местности парашютистов в составе всей группы. В результате некоторым парашютистам пришлось вести боевые действия в одиночку, что привело к значительным потерям среди них: из 22 высадившихся, погибли и пропали без вести порядка десяти.

Однако, поскольку при подготовке спецназовцев к десантированию с ними были отработаны различные варианты самостоятельных действий, как в одиночку, так и небольшими группами, то они, оказавшись разбросанными по местности, не растерялись, а определившись на местности, приступили к выполнению боевого задания. При этом темное ночное время благоприятствовало скрытности выброски десанта и созданию паники во вражеском тылу, но затрудняло сбор и действия парашютистов в составе всей группы.

Флотские спецназовцы, оказавшись в тылу 15 — й румынской пехотной дивизии, в течение нескольких часов перерезали 5 линий проводной связи, уничтожили командный пункт одного из румынских пехотных полков, вместе с находившимися в нём офицерами, подорвали гранатами и зарядами взрывчатки несколько минометов и пулеметов, уничтожили несколько мелких групп румынских солдат и офицеров (в общей сложности около 30 человек), посеяли панику и неразбериху в тылу полков 15-й румынской пехотной дивизии, нарушив тем самым управление ими со стороны штаба дивизии.

В результате, этих действий немногочисленных флотских десантников — спецназовцев, румынское командование определило количество высадившихся советских парашютистов в несколько сот человек, с танкетками и мотоциклами. Эти румынские данные о советском воздушном десанте содержались в ряде трофейных оперативных документов, захваченных позже советскими войсками.

В результате, действия парашютистов — спецназовцев привели к срыву выдвижения ряда резервов противника против морского десанта, высадка которого из-за неорганизованного противодействия с берега прошла почти без потерь, а действия его на берегу были успешными. Таким образом, наступлению морского десанта оказывали сопротивлением лишь отдельные разрозненные части противника.

По показаниям пленных румын, в течение всей ночи и раннего утра 22 сентября 1941, командование 15 — й румынской дивизии не могло разобраться в обстановке, так как была нарушена связь между частями, а поступавшие сведения были самого противоречивого характера. Румынское командование, не могло понять, откуда атакуют советские части: с моря, воздуха или со стороны Одессы, а главное — какими силами.

После нескольких часов боев и выполнения, поставленных командованием задач, командир парашютной группы  старшина Анатолий Кузнецов, его заместитель — сержант Мстислав Богданов и еще 10 десантников: старшина 1-й статьи Василий Чумичев, младший сержант Михаил Баклан, краснофлотцы Федор Воронков, Григорий Елесеев, Алексей Котиков, Петр Королев, Михаил Негреба, Роман Перепелица, Павел Литовченко, вынеся с поля боя тяжело раненного старшего краснофлотца Александра Леонтьева, утром 22 сентября соединились с частями 3 – го полка морской пехоты, а 23 сентября 1941, находясь в составе этого полка, вышли навстречу наступающим сухопутным частям восточного сектора Одесского оборонительного района.

По итогам этой операции краснофлотец Михаил Негреба за подрыв связкой гранат штаба румынского полка был награжден орденом Ленина, остальные, выжившие участники десанта — орденами Красного Знамени.

Вскоре после этого первого в истории Черноморского флота, высадки парашютного десанта и боевого применения спецназа, известный к тому времени советский писатель – маринист Леонид Сергеевич Соболев написал и опубликовал документальный рассказ «Батальон четверых», посвященный этому событию.

Это произведение художественно и вместе с тем реалистично отразило атмосферу времени и принципы отбора бойцов в тот парашютный десант: «Две недели назад в Севастополе формировался отряд добровольцев-парашютистов. Ни Королев, ни Негреба не могли, понятно, упустить такого случая, и оба на вопрос, прыгали ли они раньше, гордо ответили: «Как же… в аэроклубе – семь прыжков». Можно было бы для верности сказать – двадцать, но тогда их сделали бы инструкторами, что, несомненно, было бы неосторожностью; достаточно было и того, что при первой подгонке парашютов обоим пришлось долго ворочать эти странные мешки (как бы критикуя укладку на основании своего опыта) и косить глазом на других, пока оба не присмотрелись, как же надо надевать парашют и подгонять лямки».

Глава 2. Отдельная парашютная рота, Парашютная группа особого назначения и Группа особого назначения Черноморского флота (Группа 017) в 1941 – 1942 годах

Высоко, оценив действия во время Григорьевского морского десанта под Одессой, созданной по его замыслу группы флотского парашютного спецназа, член Военного Совета Военно – воздушных сил Черноморского флота — бригадный комиссар М. Г. Степаненко решил предпринять меры к созданию в составе авиации Черноморского флота более крупного постоянного подразделения подобного типа.

С этой целью, по его инициативе командование флотской авиации, используя в качестве кадрового ядра, оставшихся в живых участников воздушного десанта под Одессой, приступило в начале октября 1941 в Севастополе, к формированию «Отдельной парашютной роты ВВС ЧФ»

Сразу после формирования данной части флотского парашютного спецназа, в течении октября 1941, личный состав роты начал усиленно проходить все виды боевой, тактической и специальной подготовки. Однако после того как в конце октября 1941 немецкие войска прорвались в Крым и стали продвигаться по направлению к Севастополю, 1 ноября 1941 года эта рота была включена в состав батальона морской пехоты сформированного ранее из наземного состава авиационных частей флота (так называемый «батальон ВВС»).

Находясь в составе этого батальона — 3 ноября 1941, бывшая отдельная парашютная рота вступила в боевые действия, в ходе отражения первого немецкого штурма Севастополя. В ходе этих боев личный состав парашютной роты понес большие потери, а немногие, оставшиеся в строю оказались разбросаны по другим частям морской пехоты и дивизиям Приморской армии, оборонявшим Севастополь.

Однако необходимость иметь в составе флота подразделение воздушно – десантного спецназа осознавалась командованием флота и его военно – воздушных сил, и весной 1942 года в составе ВВС ЧФ был вновь сформирован парашютный спецназ под названием  «Парашютная группа особого назначения».

Эта группа, первоначально состояла из 25 парашютистов. Среди них были и почти все из числа оставшихся к этому временив живых участников Григорьевского воздушного десанта. И в том числе, краснофлотцы  М. Негреба, П. Королев, В. Богданов, С. Елисеев, о которых как уже говорилось ранее написал известный документальный рассказ «Батальон четверых» писатель Леонид Соболев.

Первоначально группу готовили для десанта на захваченный немцами Сакский аэродром. Однако, вскоре эту операцию отменили, а «Парашютную группу особого назначения» оставили в Севастополе в районе аэродрома на мысе Херсонес в качестве, его охраны от возможного немецкого воздушного или морского десанта.

После того как 29 июня 1942, в ходе третьего штурма немецкие войска ворвались в пределы городской черты Севастополя  в районе Корабельной стороны, и командование Севастопольского оборонительного района решило эвакуироваться из Севастополя на Северный Кавказ, парашютистов – спецназовцев  было решено использовать для непосредственного обеспечения данной эвакуации.

В этот же день 29 июня 1942, по приказанию командования СОР, один из транспортных самолетов типа ПС-84 (Ли — 2) из числа прилетевших с боеприпасами после разгрузки был поставлен в отдельный капонир под строгую охрану парашютистов – спецназовцев. Экипаж этого транспортного самолета находился в постоянной готовности № 1 в самолете, как об этом свидетельствовал один из оставшихся в живых парашютистов старшего сержанта В. Е. Гурин.

30 июня 1942, Парашютная группа особого назначения ВВС ЧФ под командованием старшего лейтенанта В. К. Квариани, передислоцировалась с территории аэродрома на мысе Херсонес на находившуюся поблизости 35-ю береговую батарею и здесь была переименована в «Группу особого назначения ЧФ» ( «Группа 017»). Ее численность была доведена до стрелковой роты за счет личного состава 35-й батареи и нескольких оранных подразделений.

На «Группу особого назначения», были возложены охранные и комендантские обязанности внутри батареи и на Херсонесском аэродроме. А после, последнего заседания Военного Совета флота и Приморской армии 30 июня 1942, принявшего решение о своем убытии на Северный Кавказ посредством самолетов и подводных лодок, перед группой была поставлена задача по охране и сопровождению командиров и ответственных лиц с посадочными талонами на рейдовый причал для посадки на подводные лодки, а также осуществлять охрану Херсонесского аэродрома во время прилетов транспортных самолетов и обеспечивать соблюдения порядка при посадке по посадочным талонам, в условиях нахождения там неуправляемой многотысячной вооруженной массы военных и гражданских лиц.

После завершения эвакуации командования СОР, в течении дня 1 июля 1942, произошло разделение парашютистов — спецназовцев на примерно две равных части. Одна группа, достав вместительную шлюпку, и, погрузив туда провизию, воду, боеприпасы ушла в открытое море, в направлении северокавказского побережья. Другая группа, оставшись на мысе Херсонес, приняла участие в проходивших там, завершающих боях за Севастополь.

Среди оставшихся на мысе Херсонес был и известный всей тогдашней стране благодаря рассказу  Леонида Соболева «Батальон четверых» — матрос – парашютист Михаил Негреба. Во время последних боев на мысе Херсонес он, был своего рода адьютантом полкового комиссар Бориса Михайлова, который остался на Херсонесском аэродроме после отлета последнего транспортно – пассажирского самолёта типа Ли-2. Борис Михайлов до конца оставался истинным комиссаром, находясь там, где было особенно трудно. Возглавляя борьбу оставшихся на Херсонесе, он служил примером бесстрашия и мужества. Один из бойцов, «Группы 017» — ветеран ещё одесского десанта — Негреба, ставший свидетелем его героической гибели в бою, в дальнейшем рассказал о последних минутах жизни комиссара севастопольской авиагруппы ВВС ЧФ.

Другой герой – парашютист из рассказа «Батальон четверых» — Алексей Федорович Котиков побывал во многих жарких схватках, получил за время войны 26 ранений, из них четыре тяжелых. Во время последних боев за Севастополь на мысе Херсонес товарищи видели его с гранатами в руках рядом с фашистским танком, который он подбил. Долгие годы его считали погибшим, но потом выяснилось, что, этот герой, к счастью, все же остался жив.

В ходе последних боев за Севастополь на мысе Херсонес, оставшимся там парашютистам – спецназовцам пришлось вступать в бой со своими немецкими «коллегами» из 6 — й роты 2 — го батальона полка спецназа «Бранденбург -800»  и грузинской спецгруппы «Тамара».

По этому поводу, один из бойцов – парашютистов из группы особого назначения ЧФ Н. Монастырский, позднее отмечал, что 1 и 2 июля 1942,  на Херсонесском  аэродроме они вылавливали немецких диверсантов в форме матросов, которые подбивали одиночных бойцов стрелять по нашим самолетам, жечь боезапас, когда каждый патрон был на счету.

Другой боец этой группы старший сержант В. Гурин в своих воспоминаниях написал, что после подрыва батареи группы фашистов на шлюпках и катерах высадились на мысе с целью пленить командный состав. Фашисты были одеты в красноармейскую форму и сумели просочиться в район 35 — й батареи, при этом внесли панику среди бойцов.

Всю ночь шел бой и вылавливались немецкие спецназовцы, а утром после рассвета они стали хорошо заметны по своим холеным, гладко выбритым и сытым лицам и наглым уверенным взглядам, в результате чего их быстро обнаруживали и вскоре полностью ликвидированы. Их шлюпки и катера захватили счастливчики из числа бойцов, находившихся поблизости на  берегу, которые затем их использовали для попытки самостоятельной эвакуации морем.

Глава 3. Формирование на северном Кавказе и подготовка к боевым действиям 2-й отдельной парашютно — десантной роты ВВС Черноморского флота

В мае 1942 года на Северном Кавказе была сформирована вторая по счёту отдельная парашютно-десантная рота ВВС ЧФ, общей численностью 160 человек. Её командиром был назначен капитан М. А. Орлов. Заместителем Орлова стал один из старейших парашютистов СССР, являвшийся до этого начальником парашютно – десантной службы 40 — го флотского авиационного полка — капитан А. П. Десятников, который к этому времени имел около тысячи прыжков с парашютом и опыт службы в 3 — й авиационной десантной бригаде особого назначения. Комиссаром роты был назначен старший политрук (старший лейтенант) Д. И. Дерябин, который до этого не имел отношения к парашютным частям, но вскоре неплохо освоил парашютное дело.

С первых дней создания второй по счёту флотской парашютно – десантной роты, командование военно – воздушных сил Черноморского флота, уделяло большое внимание, парашютной и боевой подготовке её личного состава. Помимо капитана Десятникова, парашютной подготовкой личного состава роты занимался другой ветеран парашютного спорта СССР – старший лейтенант А. А. Тарутин, имевший за плечами тысячу парашютных прыжков и полученное ещё в 1936 году звание «Мастер парашютного спорта СССР» и до прихода в роту занимавший должность начальника парашютно – десантной службы 5 – го гвардейского авиаполка. Прибыв в роту, он получил в ней аналогичную должность.

За строевую, огневую и тактическую подготовку личного состава роты отвечал помощник командира роты старший лейтенант Г. И. Марущак, бывший армейский офицер, зарекомендовавший себя, как не только отличный строевик, но и всесторонне подготовленный командир, отлично владевший всеми видами стрелкового оружия, доказавший свои способности управлять подчиненными в любых ситуациях общевойскового боя.

Несмотря на начавшееся летом 1942 года, наступление немецких войск на всём протяжении южного крыла советского германского фронта и их последующий прорыв на Северный Кавказ, подготовка личного состава роты шла основательно и без спешки. В период с июня по сентябрь 1942, моряки – парашютисты сначала  тщательно изучили  материальную часть различных типов парашютов и произвели наземную отработку элементов парашютного прыжка. Затем последовали учебные вылеты, в ходе которых  личный состав роты совершил по 10 – 12 парашютных прыжков в дневное и ночное время с полной боевой выкладкой.

Что касается этой самой боевой выкладки, то помимо парашютов, на момент десантирования в тыл противника, в снаряжение каждого моряка – парашютиста входили: пистолет – пулемёт (типа ППШ или ППД), пистолет ТТ, десантный нож, две ручные гранаты, компас, карманный фонарик и сухой паёк из расчета питания им в течении двух суток. Кроме того имелись пулемётчики вооруженные ручными пулемётами Дегтярева образца 1927 года (пулемёт ДП), а десантники из диверсионных групп, так имели в своём снаряжении универсальный топорик и различные типы взрывных и  зажигательных устройств.

Поскольку, основным транспортным самолетом советской авиации, на тот момент был бывший бомбардировщик типа ТБ – 3, то при парашютной подготовке десантников, основное внимание уделялось специфике десантирования именно с него, как через бомболюки, так путем выхода на крылья данного типа самолета.

В ходе боевой и тактической подготовки парашютисты, отрабатывали мастерство в сбора в подразделение сразу после приземления, когда воздушный десант наиболее уязвим,  совершали марш – броски по незнакомой горно – лесной местности и в ходе их производили преодоление различных природных и искусственных преград. Кроме того, тщательно отрабатывались действия по уничтожению различных объектов тылу противника.

Глава 4. Майкопская десантно — диверсионная операция морского прашютного спецназа ЧФ

Первой боевой операцией нового подразделения парашютного спецназа Черноморского флота стал воздушный десант 23 октября 1942, на немецкий аэродром близ города Майкопа, с задачей уничтожения на его территории, находившихся там самолетов противника, складов горюче – смазочных материалов, авиационных боеприпасов и других объектов материально – технического обеспечения.

Основная цель операции – ослабление воздушной поддержки немецких войск рвавшихся к перевалам Главного Кавказского хребта, поскольку господство немецкой авиации в воздухе было одним из главных преимуществ немецких войск в тогдашних боях на Северном Кавказе.

На Майкопском аэродроме, по данным разведки, находилось 28 истребителей типа Me-109, четыре бомбардировщика типа Ю-88, три транспортных самолета типа Ю-52 и четыре самолета связи, управляемых опытными экипажами. Неоднократные попытки советского командования организовать и осуществить по нему удары с воздуха успеха не имели из-за его надежной защищенности средствами ПВО. Поэтому и  было принято решение уничтожить находившуюся там группировку вражеской авиации силами отряда парашютистов-десантников, выброшенных ночью с транспортных самолетов.

В соответствии с планом данной десантной операции, разработанным штабом ВВС ЧФ и утвержденным Военным советом флота 13 октября 1942, из состава отдельной парашютной роты была сформирован специальный десантный отряд из 38 показавших себя наиболее опытными моряков — парашютистов.

Десантный отряд подразделялся на три группы: диверсионную — 20 человек, прикрытия — 15 человек и управления — 3 человека. Группа прикрытии и диверсионная в свою очередь состояла из пятерок, которые возглавили сержанты Михаил Типер, Василий Бережной, Павел Скибенко и Иван Грунский, младшие сержанты Яков Фрумин и Николай Безгубенко, старший краснофлотец Анатолий Терещук. Командовал отрядом участник боев за Севастополь старшина Павел Соловьев, а его заместителем был младший сержант Георгий Чмыга.

Парашютисты были одеты в комбинезоны и шлемы, имели при себе ранцы, компасы, карманные фонарики, по 12 плиток шоколада, одной пачке печенья, флягу со спиртом, по 2 индивидуальных пакета с йодом, по 5 пачек папирос и по 2 коробка спичек. Каждый был вооружен пистолетом, автоматом с двумя дисками патронов, кинжалом, пятью ручными гранатами.

Сразу после формирования десантного отряда его личный состав, почти десяти дней совершал ночные и дневные парашютные прыжки на местность, примерно аналогичную той, где ему предстояло действовать в боевой обстановке. В ходе этих прыжков, совершавшихся с транспортных самолетов ПС-84 (Ли-2) и ТБ-3, предназначенных для будущего боевого десантирования, моряки – парашютисты  отрабатывали точность приземления с малых высот (500 метров), действия по максимально быстрому сбору после приземления и последующего ведения боя с силами аэродромной охраны и средств ПВО.

Операция началась  23 октября 1942 года, когда в 21 час 30 минут с аэродрома, в окрестностях Сухуми, в небо взлетели девять дальних бомбардировщиков ДБ-3 и два скоростных бомбардировщика СБ и взяли курс на Майкоп. Следом поднялись в небо два самолета с десантом на борту. Перед взлетом транспортный Ли-2 принял на борт 15 парашютистов. Тяжелый бомбардировщик ТБ-3, который частенько в годы войны использовали для выброски десанта, нес 22 парашютиста.

В 22 часа 50 минут 23 октября 1942, начался воздушным налет на Майкопский аэродром авиагруппы Черноморского флота в составе 11 бомбардировщиками ДБ-3 и СБ и двух легких бомбардировщиков на базе бывших устаревших истребителей типа И-15.

Сначала пять ДБ-3, поодиночке бомбили майкопский аэродром с целью подавить на нем средства противовоздушной и наземной обороны и при этом подожгли немецкий самолет.

Затем, в 23 часа 25 минут два самолета СБ сбросили бомбы на железнодорожную станцию Майкоп. Возникшие там пожары явились хорошим ориентиром для выхода на аэродром самолетов с десантом. С этого же времени до 0 часов 10 минут 24 октября 1942, два легких  бомбардировщика типа И-15, произвели восемнадцать атак по прожекторам на аэродроме Майкоп. Из восьми прожекторов им удалось уничтожить три и два погасить.

Однако эта предварительная бомбардировка аэродрома, вместо помощи десанту резко осложнила процесс его высадки, поскольку авиудары по аэродрому хотя и нанесли некоторый ущерб системе его ПВО, однако не подавили её и в результате, готовые к бою немецкие зенитчики встретили приближавшие к аэродрому транспортные самолеты с десантом ожесточенным и прицельным огнём.

В 23 часа 30 минут 23 октября 1942, с высоты 500 метров при сильном зенитном огне противника начал высадку парашютистов самолет ПС-84, ведомый капитаном Малиновским. С самолета выбросилось 15 десантников из 18 находившихся на борту .

Если летевшему первым ПС -84, удалось в целом успешно  произвести высадку десанта и затем вернуться на базу, то следовавший за ним с интервалом в две минуты огромный четырёхмоторный тихоходный ТБ-3, был подожжен зенитным огнём. В результате чего уцелевшим после зенитного обстрела 16 десантникам, а так же командиру самолёта и находившемуся на его борту капитану А. П. Десятникову – начальнику парашютно – десантной службы 63 — й авиабригады, пришлось прыгать из горящей машины под огненными струями бензина хлеставших из пробитых осколками баков горящего бомбардировщика.

В завязавшемся ночном бою на аэродромном поле группа прикрытия под командованием младшего сержанта Г. Ф. Чмыги, сумела отвлечь на себя основные силы аэродромной охраны, огнем пулеметов и автоматов умело отсекая её от стоянок самолетов, что позволило диверсионной группе разделившись на ударные звенья по 5 – 7 человек в каждом, начать забрасывать немецкие самолеты гранатами, закладывать термитные заряды в самолёты, через пробитые топориками отверстия в фюзеляже или крыльях.

Наиболее успешно действовала группа из семи человек, руководимая старшиной Соловьевым, которая уничтожила две пулеметные точки, около десятка гитлеровцев и подожгла два истребителя типа Me-109.

Вскоре, аэродром покрылся очагами пожаров, а в небо стали взлетать горящие об ломки самолетов. Поднявшуюся дымовую завесу не могли пробить даже уцелевшие прожекторы, которые постоянно освещали летное поле. Особенно смело и напористо действовали сержанты Владимир Гульник, Сергей Львов, Михаил Типер, младшие сержанты Дмитрий Голод, Иван Касьянов, Василий Муравьев, Яков Фрумин, старшие краснофлотцы Петр Павленко, Александр Прощаев.

Вся операция заняла около 40 минут, в результате было уничтожено 13 и серьезно повреждено 10 самолетов из 54 находившихся на аэродроме, так же было убито порядка 40 солдат аэродромной охраны.

В 00 часов 10 минут 24 октября 1942, в ночное небо взвились две зеленые ракеты. Это был условный сигнал командира десантного отряда старшины П. М. Соловьева на отход. После чего десантники отдельными мелкими группами и поодиночке стали прорываться в горы в намеченный район встречи с партизанами. Последней покидала аэродром группа прикрытия.

Ситуация при этом осложнялась тем, что погибли два партизана – проводника летевшие вместе с группой десантников на сбитом ТБ-3. К тому же к аэродрому прибыли немецкие мотоциклисты с собаками и несколько автомашин с пехотой. Тем не менее, уцелевшие десантники успешно покинули территорию аэродрома и вскоре после этого, объединившись в две группы, они начали движение к условленной точке встречи с одним из партизанских отрядов.

Двигались десантники, главным образом в ночное время, по направлению к населенных пунктам — станица Даховская  и Хамышки. Несмотря на все меры предосторожности в ходе этого девятидневного перехода морякам – парашютистам, нередко приходилось вступать в бой с преследователями. В результате этих боёв было уничтожено 23 немецких военнослужащих и 12 предателей из созданных немцами кубанских казачьих формирований. Кроме, того на пути следования парашютистами были повреждены десять линий проводной связи противника. Большую помощь десантникам оказывали местные жители, которые снабжали их продуктами и указывали наиболее безопасное направление движения.

На девятые сутки скитаний по горам и лесам в район населённого пункта Хамышки, где размещался партизанский отряд «Народные мстители», прибыла первая группа парашютистов в количестве 12 человек во главе со старшиной П. М.Соловьевым. Через 22 дня, проявив исключительное мужество, выдержку и выносливость, в Хамышки добрались еще 9 парашютистов, которых привел капитан А. П. Десятников. Последним пробился в одиночку в партизанский лагерь младший сержант И. М. Касьянов.

При этом оказавшийся самым старшим по званию капитан Десятников — начальник парашютно – десантной службы 63-й авиабригады, оказался в составе десанта случайно, он был «выпускающим» на ТБ-3, отвечая за выброску личного состава, но после того как самолёт был сбит присоединился к десанту, вместе командиром этой машины старшим лейтенантом Гавриловым.

Эвакуация десантников из расположения партизанского отряда была произведена в середине декабря 1942 года несколькими рейсами самолётов типа У-2. Всего из 37 десантников вернулись с задания 24 человека, а так же не входившие в состав десанта уже упомянутые капитан Десятников и старший лейтенант Гаврилов.

В ходе десантирования и последующих боёв погибли 13 десантников, два партизана – проводника и семь членов экипажа самолёта ТБ-3.

Командующий Черноморским флотом вице-адмирал Ф.С. Октябрьский высоко оценил боевые действия десантников и в своем приказе № 0704 от 19 ноября 1942, подводя итоги парашютнодесантной операции, поставил смелость, отвагу и дерзость ее участников в пример всему личному составу флота.

Согласно этому приказу 22 десантника были награждены орденом Красного Знамени, ещё двое орденом Отечественной войны I степени.

Глава 5. Последний воздушный десант парашютного спецназа Черноморского флота

Придя к выводу об успешности Майкопского воздушного десанта, командование Черноморского флота решило использовать Отдельную парашютно – десантную роту для воздушного десанта в тылу противника в ходе намеченной на 4 февраля 1943 года высадки морского десанта в районе прибрежной станицы Южная Озерейка, в ходе планируемой операции по освобождению города Новороссийска.

Согласно плану этой комбинированной десантной операции, основной морской десант высаживался в районе Южной Озерейки, вспомогательный (отвлекающий) морской десант в южном пригороде Новороссийска – поселке Станичка, воздушный десант планировалось высадить районе станиц Васильевка и Глебовка, поскольку в Васильевке по данным разведки располагался штаб 10 – й румынской пехотной дивизии, которая противостояла предполагаемому морскому десанту в Южной Озерейки.

Моряки – парашютисты, должны были уничтожить штаб 10 – й румынской пехотной дивизии в станице Васильевка, штабы её полков, а так же штабы полков находившейся поблизости 4 – й румынской пехотной дивизии.

Кроме того в их задачу было поставлено – уничтожение линий связи, разрушение мостов и блокирование иных коммуникаций противника в районе высадки южноозерейского морского десанта.

В соответствии с общим планом десанта в Южной Озерейки, четырём группам моряков – парашютистов, общей численностью 80 человек, предстояло высадиться с трёх самолетов типа ПС-84 (Ли-2) и одного типа ТБ-3, ночью 4 февраля 1943 года за 45 минут до начала морского десанта в районе станиц Глебовка и Васильевка, который должен был начаться в 3 часа 45 минут этого же дня.

После окончательного утверждения плана данной десантной операции, началась усиленная подготовка десантников – парашютистов. К этому времени личный состав роты пополнился новыми добровольцами, с которыми делились накопленным боевым опытом ветераны части.

Воздушно – десантная подготовка включала в себя, отработку навыков быстрой посадки десантников в самолеты, экипажи которых в свою очередь тренировались умении максимально быстро подготовить свои машины к взлёту, порядок взлета и сбор самолётов в воздухе после взлёта. Так же проводились регулярные тренировочные парашютные прыжки в дневное и ночное время в полной боевой экипировке.

Наземная тактическая подготовка включала в себя отработку сбора парашютистов в условленном месте после приземления, рукопашный бой, метание гранат  и стрельба из всех положений тела, получение навыков подрывного дела, ориентирование на незнакомой местности, связь и координация подразделения в сложной боевой обстановке. На специальных занятиях оценивались все ранее проведенные ротой бои, и подробно разбирались совершенные в их ходе ошибки и недочёты.

2 февраля 1943, командир отдельной парашютно – десантной роты ВВС ЧФ майор М. А. Орлов доложил командованию операции о готовности моряков – парашютистов к выполнению поставленных им по плану предстоящей операции боевых задач.

Как и было запланировано, высадка воздушного десанта началась в 3 часа 35 минут 4 февраля 1943 года. Непосредственно перед выброской парашютистов, в район их предстоящего приземления с двух бомбардировщиков типа СБ было сброшено около 300 малых зажигательных бомб и четыре 100 – килограммовых зажигательных бомбы. Возникшие в результате этой бомбардировке на земле большие очаги огня стали хорошим световым ориентиром для самолетов десанта, появившихся над местом высадки спустя три минуты после завершения этой бомбардировки.

Отсутствие в этом районе сильной ПВО противника позволило провести выброску без потерь в технике и с минимальными потерями в людях. Однако было выброшено только три десантные группы, так какТб-3 отстал от основной группы самолётов и его экипаж не смог выйти на цель, чтобы высадить там четвертую группу. Таким образом, в запланированное место высадки было высажено 57 десантников, вместо вылетевших 79 парашютистов.

Все три группы высадились в намеченном районе на склоны Жень – горы, которая находилась между станицами Глебовка и Васильевка. В этом районе находили различные части 4-й и 10-й румынских пехотных дивизий и несколько немецких горнострелковых частей.

Во время высадки, противник заметил одну из групп десантников, когда те еще находились под куполами парашютов, и их обстрел, в результате, еще до приземления погибло трое двое бойцов, а командир отряда — лейтенант П. М. Соловьёв, который одновременно являлся и командиром первой группы, разбился при приземлении не рассчитав времени задержки раскрытия парашюта. После гибели Соловьёва, этой группой стал командовать его заместитель старший сержант Г. Ф. Чмыга. Вторую группу возглавлял лейтенант И. А. Кузьмин, третью старшина Н. А. Штабкин.

Сразу после высадки каждое десантное подразделение приступило к выполнению поставленных им по плану задач. Группа Чмыги должна была уничтожить штаб 10-й румынской пехотной дивизии в Васильевке, группа Кузьмина – уничтожить два моста и линию связи, группа Штабкина – вывести из строя несколько береговых батарей и вести боевые действия по непосредственному содействию начинающейся высадки морского десанта в Южной Озерейке.

После приземления и сбора, группа старшего сержанта Чмыги, не замеченная противником, начала выдвигаться в сторону Васильевки для выполнения поставленной задачи по уничтожению штаба 10 – й румынской пехотной дивизии.  Однако выполнить ей эту задачу не удалось, сразу по двум причинам: как выяснилось позже, за несколько дней до высадки десанта штаб 10-й румынской дивизии был переведен из Васильевки в соседнею Глебовку, а в районе предстоящей высадки морского и парашютного десантов противник на возвышенностях установил огневые точки и сосредоточил более двух полков войск.

Тем временем, посланный в разведку боец группы Штабкина – матрос В. Заяц, на подходе к Васильевке, наткнулся на группу румынских солдат, был ими обнаружен  и вступил с ними в бой. Огнём из своего автомата Заяц уничтожил нескольких румын, а когда закончились патроны, вступил с остальными в рукопашную схватку, которую ему удалось удачно завершить с помощью подоспевших товарищей.

Одновременно с этим к Васильевке выдвинулась группа лейтенанта Ивана Кузьмина, которая так же вступила в бой с превосходящими силами противника. В ходе этого боя группа подавил несколько огневых точек противника, взорвала два моста и перерезала несколько линий связи.

В результате боя этих двух групп в районе Васильевки, кроме тяжёлой артиллерийской батареи было уничтожено около сотни румынских солдат и офицеров, а так же нарушена связь гарнизона Васильевки с другими частями своей дивизии.

Тем временем группа старшины Штабкина выдвигалась к станице Глебовка, с целью отвлечь противника от места высадки морского десанта и препятствовать подходу туда его резервов. Подойдя к окраине станицы моряки – парашютисты обнаружили огневую позицию тяжелой румынской батареи. В этот момент её личный состав укрылся от непогоды в блиндажах и лишь на постах находились часовые. Действуя ножами, матросы Олег Максимов и Василий Муравьёв, бесшумно уничтожили охрану, а матрос Алексей Ермолаев тем временем перерезал кабель связи батареи с её береговым наблюдательным пунктом. После этого группа в полном составе ворвалась на батарейную позицию, забросав гранатами блиндажи с румынскими артиллеристами и подорвала орудия, тем самым полностью уничтожив батарею.

Взбудораженный взрывами на позициях находящейся поблизости батареи, румынский гарнизон Глебовки, открыл по окрестностям беспорядочный огонь из стрелкового оружия и миномётов. Но вскоре разобравшись в обстановке румынское командование бросило на уничтожение группы Штабкина батальон пехоты. Но свою главную задачу парашютисты уже выполнили, в этот момент с моря в районе Южной Озерейки беспрепятственно высаживались морские пехотинцы.

В завязавшемся бою группы Штабкина с румынской пехотой матрос Муравьёв, оказавшись в тылу наступающего противника, быстро сориентировался и подкравшись к одному из румынских пулеметных расчётов уничтожил его, после чего открыл из трофейного пулемёта огонь противнику в спину, чем вызвал его замешательство. Это позволило группе  Штабкина прорваться, к высадившимся в Южной Озерейке морским пехотинцам.

Тем временем пытаясь уничтожить окопавшуюся в районе Васильевки группу лейтенанта Кузьмина, румынское командование в течении дня 4 февраля 1943, неоднократно, атаковало её пехотой поддержанной артиллерией и бронетехникой. После нескольких часов боя, израсходовав большую часть боеприпасов командир группы принял решение прорываться в сторону высадки морского десанта.

Оторвавшись от противника, группа Кузьмина вдоль берега реки Озерейка двинулась к Глебовке. Выйдя к Глебовке и не обнаружив там ни своих товарищей из других групп, ни морских пехотинцев, Кузьмин повел группу дальше на восток, ориентируясь по звкукам боя. К концу дня 5 февраля 1943, группа вышла в район станицы Федотовка где соединилась с морскими пехотинцами из южноозерейского десанта державшими оборону на горе Колдун. И затем вместе с ними стала пробиваться дальше к основной линии фронта.

Тем временем, остальные парашютисты выходили из тылов противника на соединение со своими главными силами небольшими группами и в одиночку. К 12 марта 1943, из 57 бойцов парашютистов высадившихся 4 марта во вражеском тылу  к своим смогли вернуться 28, при этом из них трое были ранены, а двое имели обморожение ног.

В результате боев в тылу противника в период с 4 по 12 марта 1943, парашютистами было уничтожено 220 румынских и немецких солдат и офицеров, одна тяжелая артиллерийская батарея, три минометных батареи, захвачено и уничтожено 5 ручных и станковых пулеметов, сожжено 3 автомашины.

Долгое время считалось, что все 29 парашютистов, не вышедших к свои погибли, однако

90 — х годах 20 — го века, при участии сотрудников Новороссийского исторического музея –заповедника, была проделана большая поисковая работа по установлению судеб десантников. В результате выяснилось, что четверо парашютистов, о судьбе которых ничего не было известно, попали в плен, и к концу войны остались в живых. Таким образом, погибло не 29 десантников а 25.

Глава 6. Создание и боевая деятельность «Отдельного парашютно – десантного батальона Военно – воздушных сил Черноморского флота в мае 1943 – январе 1944 года

Несмотря на неоднозначные оценки применения парашютного десанта в ходе высадки морской пехоты  Черноморского флота в районе Южной Озерейки в феврале 1943 года, командование флота не только решило сохранить это подразделение парашютного спецназа, но и значительно усилить его создав на базе прежней отдельной парашютно – десантной роты – «Отдельный парашютно – десантный батальон» в составе четырех рот.

Командиром  созданного в мае 1943 года «Отдельного парашютно – десантного батальона», был назначен майор  Н. Д. Алексеенко, начальником штаба капитан Г. И. Марущак.

Сразу же после создания батальона его личный состав начал усиленно готовится к новым воздушным десантам, больше десантироваться с воздуха батальону так и не пришлось. Свой последний бой он провел в качестве морской пехоты, в ходе высадки тактического морского десанта у мыса Тархан, под Керчью 10 февраля 1944 года.

Проведение данной десантной операции было связано с предшествующим оперативным Керченско – Эльтигенским десантом в ноябре – декабре 1944, которая не привела к полному выполнению поставленных перед ней задач: освобождение на первом этапе Керченского полуострова, а затем совместной с 2 – й гвардейской и 51 – й армиями 4 – го Украинского фронта наступательной операции по освобождению Крыма. В результате был только создан небольшой плацдарм к северо – востоку от Керчи и затем освобождено несколько кварталов в северных пригородах Керчи.

Для, расширения Керченского плацдарма и полного освобождения города Керчь, командующий Отдельной Приморской армией генерал И. Е. Петров поручил штабу своей армии подготовить новую тактическую десантную операцию.

Операция была подготовлена спустя месяц после неудачи высадки морского десанта на в районе горы Митридат. Возможно, по этой причине события в районе мыса Тархан привлекли к себе особое внимание Ставки Верховного Главнокомандования, чей представитель маршал К.Е. Ворошилов непосредственно наблюдал за высадкой и последовавшей затем двухдневной эпопее боя с наблюдательного пункта западнее местечка Юркино. Кроме него, все это время на НП находились также командующий Черноморским флотом вице — адмирал Л. А. Владимирский и сам командующий Отдельной Приморской армией генерал – полковник И. Е. Петров.

Для проведения десантной операции моряками Азовской флотилии были подготовлены все имевшиеся в их распоряжении исправные плавучие средства, в том числе порядка 40 тендеров и мотоботов, несколько сторожевиков и бронекатеров, баркасы и другие малые суда.

Согласно плану новой операции, предполагалась высадка основных сил десанта на мыс Тархан. Основной состав этого десанта численностью порядка 3 тысяч человек, состоял из 166 — го гвардейского стрелкового полка из состава 55 — й гвардейской стрелковой дивизии, которым командовал Герой советского Союза подполковник Г. К. Главацкий, а так же 143 — го отдельного батальона морской пехоты под командованием капитана Левченко.

В качестве дополнительных сил, этой десантной группировке под общим командованием подполковника Главацкого, были приданы: Отдельный парашютно – десантный батальон ВВС ЧФ, под командованием майора Н. Д. Алексеенко и 613 – й отдельный штрафной батальон Черноморского флота, под командованием старшего лейтенанта  Ф. А. Аверченко. Эта дополнительная группировка десанта насчитывала в общей сложности 700 человек.

Непосредственная подготовка к участию парашютно – десантного батальона в морском  десанте на мыс Тархан, началась  во второй половине декабря 1943, когда его личный состав был переброшен в город Темрюк.

Особое внимание при подготовке к новой операции обращалось на обобщение опыта уже проведенных десантных операций в этом регионе, а также на морально — психологическую подготовку к наступательным действиям в условиях сильного огневого противодействия со стороны неприятеля.

С личным составом проводились занятия по тактике, тренировки по погрузке подразделений на различные плавучие средства и высадке их на берег. Работали напряженно, днем и ночью в различных метеоусловиях. Штаб батальона скрупулезно составлял нужные расчеты, отрабатывал другие важные документы.

Помимо этого, офицеры штаба батальона большую часть своего служебного времени находились в подразделениях, претворяя  в жизнь решение командира и разработанные планы. Особой заботой командира и штаба была подготовка передового отряда, от действий которого во многом зависел успех батальона. В его состав подбирались лучшие, наиболее смелые и инициативные краснофлотцы и командиры, которые, по всей видимости, должны были усилить боевую устойчивость соединения, имевшего в своем составе не так уж много ветеранов и бойцов, обладавших боевым опытом.

Первоначально назначенная на 31 декабря 1943, высадка десанта была перенесена на десять суток по причине неблагоприятных погодных условий погодных условий. В это время на Азовском море шторм доходил до семи баллов.

Поэтому командование приняло решение перенести наступление. Десантная операция началась в ночь с 10 на 11 января 1944 года. Однако прежде вроде бы успокоившееся море  к рассвету 10 января 1944, снова заштормило. Волнение достигло четырёх — пяти баллов. Для небольших судов, переполненных людьми, такая волна была опасной. Тем не менее, командование решило больше начало десантной операции не откладывать.

Перед началом погрузки десанта на суда, по приказу командующего Отдельной Приморской армией генерала Ивана Ефимовича Петрова был построен личный состав парашютно — десантного батальона. Перед строем десантников командующий сказал: «Моряки, Керчь надо освобождать. Вы идете первые в десант, ваша задача захватить плацдарм любыми средствами».

Ночью 10 января 1944, к северному побережью Керченского полуострова в районе мыса Тархан направились десантные корабли, на борту которых находились бойцы Отдельного парашютно — десантного батальона и 613 — й штрафной роты Черноморского флота.

Из-за штормовой погоды в Азовском море переход кораблей десанта затянулся до рассвета. Катера заливало водой, и перегруженные корабли становились на большой волне почти неуправляемыми. Не выдерживали и лопались буксирные тросы.

Из заливаемых волнами мотоботов непрерывно откачивали воду. Десантникам  приходилось бороться за выживаемость, создавая из собственных тел своеобразный фальшборт, что бы перекрыть путь разгулявшейся волне и откачивать всем, чем только можно залившуюся в трюмы воду.

Подойти вплотную к берегу удалось далеко не всем, и десантникам пришлось высаживаться прямо в воду, неся оружие и снаряжение на поднятых рукax. Некоторых волна захлестывала с головой. Они с трудом выходили на берег и карабкались на высоту, где их товарищи уже сражались с врагом врукопашную.

Десантники подверглись интенсивному обстрелу из всех видов огневых средств и начали нести очень большие потери. Из 700 человек вспомогательного десанта удалось высадить только 374, а из 3000 основного — лишь 1765.

Тем не менее, попытки прорвать немецкую оборону не прекращались, несмотря на то, что личный состав десанта вступил в бой сразу же после длительного перехода морем и не имел собственной артиллерии. Корабли охранения эффективной огневой поддержки оказать не смогли. Авиация 4 — й воздушной армии прикрыть район высадки так и не смогла, в отличие от немецких ВВС, которые почти непрерывно бомбили атакующие советские части. Огонь батарей сухопутных сил с закрытых позиций был малоэффективен против множества небольших и хорошо замаскированных огневых точек противника.

Ситуация осложнялась еще и тем, что десантники стремились прорваться к высоте 71,3, на которой смогли ранее закрепиться части 2 — й гвардейской стрелковой дивизии наступавшие вдоль берега Азовского моря. Для этого им было необходимо захватить высоту 164,5, господствовавшую над районом высадки и основательно укрепленную противником. В результате 2 — я гвардейская стрелковая дивизия прорвала оборону противника, овладела вершиной высоты 71,3, но дальше продвинуться не смогла. Во второй половине дня в бой была введена 32-я гвардейская  стрелковая дивизия. Две атаки, предпринятые гвардейцами, также успеха не имели.

Утром начали подходить суда с личным составом  166 — го гвардейского стрелкового полка подполковника Г. К. Главацкого. Не дожидаясь прибытия всего десанта, командование решило начать атаку. Гвардейцы высадились в районе между мысом Тархан и высотой 115,5 и вместе с парашютистами ринулись на врага и уже через несколько часов овладели прибрежной высотой 164,5, захватив небольшой плацдарм, несколько зенитных батарей, много стрелкового оружия, пленили 60 вражеских солдат и офицеров.

Однако при этом десант понес значительные потери. Еще при подходе к мысу Тархан отряды потеряли 7 мотоботов, одно судно затонуло вместе с личным составом. Были уничтожены штабы батальонов и полка со средствами связи и корректировки артогня. Потери были и среди высшего комсостава десанта. Погибли командир высадки капитан 2 — го ранга Н. К. Кириллов, начальник штаба парашютно — десантного батальона капитан Г. И. Марущак и штурман лейтенант Б. П. Бувин.

Парашютно — десантный батальон, пытаясь выйти к высоте 71,3 с запада навстречу 2 — й гвардейской стрелковой дивизии и оказать ей поддержку, непрерывно атаковал ее довольно крутые склоны, но из-за сильного огня противника отходил на исходные позиции. Личный состав после морского перехода, трудной высадки и прибрежного боя был утомлен, ослаблен, к тому же не имел собственной артиллерии.

Вдруг, впереди атакующих заалело, развеваясь на ветру, rрасное знамя. Это Василий Перевозчиков поднял его в левой руке, а правой стреляя из автомата, быстро поднимаясь на высоту, повел за собой с криком «Полундра!» оставшихся в живых парашютистов-черноморцев. У самой вершины вражеская пуля раздробила кость руки отважного знаменосца. Тогда он, перекинув автомат за спину, подхватил знамя правой рукой и водрузил его на вершине высоты.

А десантники тем временем добивали фашистов, очищая высоту и закрепляясь на ее обратных скатах. Вместе с Перевозчиковым  в том бою отличился и старшина 1 статьи Дмитрий Вонлярский. В ходе боя Вонлярский заменил убитого офицера, повел взвод вперед и овладел важной высотой.

Вот как отмечен этот эпизод в боевой летописи Черноморского флота: «Среди моряков-парашютистов был Дмитрий Вонлярский. Пройдя через штормовое Азовское море на шлюпке, он высадился на берег и заменил выбывшего из строя командира десантной группы. Далее с другом Василием Перевозчиковым они первыми были на высоте 164,5, которая оказалась в центре борьбы и не раз переходила из рук в руки. Дело доходило до гранат и рукопашной. Василию Перевозчикову оторвало руку. За тот бой друзья были представлены к званию Героя Советского Союза».

После этой атаки майор Алексеенко доложил командованию, что вспомогательный десант задачу свою выполнил, нужная высота захвачена. В ходе боя был уничтожен один из батальонов 290 — го пехотного полка 98 — й немецкой пехотной дивизии, захвачены штабные документы. В руки парашютистов-десантников попала немецкая противотанковая пушка с боеприпасами.

Парашютисты успешно отражали контратаки превосходящих сил противника, а затем контратаковали сами, приковывая к себе значительные силы врага и тем самым облегчая боевые действия частей 2 — й и 32 — й гвардейских стрелковых дивизий.

Гитлеровцы, подтянув резервы, мощно и непрерывно контратаковали. В течение дня по боевым порядкам десанта авиация противника наносила бомбовые удары. Вражеские танки, стреляя на ходу, медленно поднимались вверх. За ними двигалась пехота, поливая свинцом южные скаты высоты. Враг упорно пытался рассечь плацдарм и уничтожить десантников по частям. Но в этот критический момент с вершины высоты прогремел пушечный выстрел. Это корабельные артиллеристы, пришедшие добровольцами в парашютно — десантный батальон, открыли огонь из захваченной немецкой пушки по фашистским танкам. Вскоре головная машина задымила, а вторая стала поворачивать обратно.

После этого парторг батальона Якунин повел в контратаку моряков парашютистов. Контратака была внезапной и стремительной, около половины фашистских солдат было перебито в рукопашной схватке, а остальные спаслись бегством. В этом бою парторг батальона погиб.

Воспользовавшись наступлением ночи, немецкие автоматчики предприняли попытку пробиться в тыл десанту. Но замысел врага был сорван. С наступлением дня противник стремился любой ценой отрезать десант от моря, окружить и уничтожить его. Позиции десантников неоднократно подвергались ударам вражеской авиации. Одна за другой повторялись танковые атаки.

Учитывая создавшуюся обстановку, командующий Отдельной Приморской армией генерал И. Е. Петров приказал десантным отрядам прорвать оборону противника в районе высоты 115,5 и одновременными атаками вместе с частями 11 — го гвардейского стрелкового корпуса, наступавшими с фронта, разгромить противника, а затем соединиться. Вскоре после артиллерийской подготовки последовала решительная атака. Противник не выдержал стремительного удара и стал отходить. Десантники соединились с частями 32 — й гвардейской стрелковой дивизии, которая врезалась узким клином во вражескую оборону в районе высоты 164,5, выйдя на восточные склоны высот мыса Тархан.

Мужественно сражались с врагом бойцы и командиры парашютно-десантного батальона ВВС Черноморского флота. При прорыве вражеской обороны все десантники, способные идти, по сигналу бросились вперед. Противник растерялся и открыл беспорядочный огонь только тогда, когда наступающие парашютисты были уже рядом и стали забрасывать вражеские окопы гранатами. Завязались рукопашные схватки. Фашисты не выдержали и стали отходить.

В этом бою первым поднялся в атаку и ворвался во вражескую траншею краснофлотец Григорий Чуднов, прибывший в парашютно — десантный батальон с крейсера «Молотов». Автоматной очередью он сразил набросившегося на него вражеского солдата, и смело действовал в ходе всего боя.

За проявленные в этих боях мужество личный состав взвода которым командовал Николай Манченко, был представлен к различным боевым наградам, а сам командир был удостоен ордена Красного Знамени. Краснофлотец Чуднова был награжден орден Отечественной войны I степени.

Так же за бои на мысе Тархан был награжден третьим орденом Боевого Красного Знамени Василий Михайлович Муравьев, участник воздушных десантов на Майкопский аэродром и в районе Южной Озерейки

Хотя, в результате этой десантной операции, так и не удалось полностью освободить Керчь, однако на правом фланге Керченского плацдарма Отдельной Приморской положение заметно улучшилось, поскольку господствующие высоты мыса Тархан были взяты десантниками.

Глава 7. Завершение боевого пути Отдельного парашютно-десантного батальона ВВС Черноморского флота

После окончания морской десантной операции на мыс Тархан, остатки парашютно – десантного батальона были отведены в тыл на пополнение и переформирование. И вскоре,  вновь приступили к боевой и парашютной подготовке, готовясь к новым воздушно – десантным операциям.

Однако вновь спуститься с неба в бой морякам – парашютистам уже больше не пришлось. Спустя, чуть более месяца, после освобождения Крыма и Севастополя – 19 июня 1944, командованием Черноморского флота отдало приказ о расформировании Отдельного парашютно — десантного батальона Военно – воздушных сил Черноморского флота.

После расформирования личный состав батальона был направлен на пополнение разведывательных рот бригад морской пехоты и разведывательного отряда разведотдела штаба ЧФ.

Данная работа была написана автором весной 2011 года. Впервые опубликована в августе 2011 года в специальном выпуске № 2 крымского военно – исторического журнала «Милитари Крым», который был посвящен 80 – летию создания в Советском Союзе первых в мире