Главная     Архив новостей     Лента RSS     Справка     Админ
Контрразведчики — монолог демонического Ливеровского
Прочитано 5493 раз(а), написано 22.05.2016 в 05:16

«Бросьте мещанские предрассудки, идите работать к нам. Бывают времена, когда ценится честный общественный деятель или – артист, художник и прочее. Теперь потребность в талантливом сыщике. Я не говорю о России, – здесь семнадцатый век. Политический розыск, контрразведка – мелочи. Проследить бандита? Ну, вон возьмите, идут двое знаменитостей: Алешка Пан и Федька Арап. Кто третьего дня вычистил квартиру на Пушкинской, барыне проломал голову? – они, Алешка и Федька. Этих выслеживать, ловить – только портить себе чутье. Иное дело работать в Лондоне, в Париже, в Нью-Йорке. Там борьба высокого интеллекта – высшая школа. Наша организация разработана гениально, мы покрываем невидимой сетью всю Европу. Мы – государство в государстве. У нас свои законы долга и чести. Мы работаем во враждующих странах, но сыщик сыщика не предаст никогда. Мы выше национализма. У нас имеются досье обо всех выдающихся деятелях, финансовых и политических. Пятьдесят процентов из них – дефективные или прямо уголовные типы. Любопытно необыкновенно. Нет, нет, идите к нам, Семен Иванович. Нужно чувствовать эпоху: ударно — современный человек – это сыщик» (монолог белогвардейского контрразведчика Ливеровского в романе Алексея Толстого «Похождения Невзорова или Ибикус», глава 3)

Наиболее вероятным прототипом Ливеровского скорее всего являлся белогвардейский контрразведчик  Владимир Григорьевич Орлов, которого А. Н. Толстой хорошо знал по Одессе.

В. Г. Орлов — потомственный дворянин, юрист и профессиональный контрразведчик, действительный статский советник (генерал — майор), участник Русско-японской войны 1905 года, участник Первой мировой войны в органах контрразведки, участник антибольшевистского подполья в Петрограде, начальник контрразведки Добровольческой армии Одесского района в феврале — апреле 1919 года, позднее служил в контрразведке у Деникина и Врангеля. После поражения белых в 1920 году эмигрировал в Германию, где продолжил активную антисоветскую деятельность.

По-видимому, по наводке ОГПУ в 1929 году был подвергнут суду за попытку продать компрометирующие материалы на американских сенаторов William Borah и George Norris, поддерживавших признание СССР.

Наравне с Вальтером Николаи признан контрразведчиком мирового класса

. Составил так называемую «картотеку Орлова». Мемуарист.

Среднее образование получил в Варшаве, в Первой образцовой Апухтинской гимназии. Одновременно с ним в этой гимназии обучались будущие эсеры — террористы Б. В. Савинков и И. П. Каляев. Окончил юридический факультет Варшавского университета. Участник русско — японской войны.

После войны вернулся в Варшаву, где стал следователем по политическим делам — в частности, его подследственным был Ф. Э. Дзержинский. В 1912 году он уже был действительным статским советником (генерал — майор) и следователем по особо важным делам.

С началом Первой мировой войны Орлов был переведён в контрразведку, работал под началом Н.  С.  Батюшина. Являлся членом Верховной следственной комиссии по делам военного министра В. А. Сухомлинова, полковника С. Н. Мясоедова, «сахарных спекулянтов» Д. Рубинштейна и А. Доброго, которые обвинялись в переводе денежных средств в Германию и Австро-Венгрию.

После Октябрьской революции Орлов, по поручению генерала М. В. Алексеева, смог устроиться в Петроградскую ЧК по подложным документам (на имя Болеслава Орлинского). Он был назначен на должность председателя центральной уголовно-следственной комиссии, неоднократно лично общался с Ф. Э. Дзержинским, но тот Орлова не узнал.

Орлову удалось создать тайную антибольшевистскую сеть (около 80 агентов) и войти в контакт с представителями стран Антанты и стран Германского блока в Петрограде, которым смог передавать некоторые сведения о деятельности ВЧК, организовать переброску офицеров из Петрограда в Добровольческую армию.

Крупным успехом Орлова считалось создание картотеки с фотографиями и ориентировками на большевистских агентов и агитаторов, которая также была передана на Дон. Одним из контактов Орлова был известный английский разведчик Сидней Рейли.

В сентябре 1918 года Орлов, из-за опасности провала, бежал в Финляндию, откуда выехал на Юг, добравшись до Одессы в феврале 1919 года.

В Одессе он был назначен начальником контрразведывательного отделения начальника штаба Добровольческой армии Одесского района. Отделение под руководством Орлова добилось крупных успехов, которые приписывались неутомимому усердию его начальника: в Одессе практически в полном составе были разгромлены подпольная большевистская организация и Одесское отделение Иностранного отдела ВЧК.

Сидней Рейли упоминал, что Орлов в своей работе в Одессе не придерживался формальной правовой процедуры — дела арестованных им большевистских агитаторов не всегда передавались судебным органам. Манеру работы Орлова в этот период Рейли описывал как «очень решительную».

После оставления Одессы в апреле 1919 года Орлов прибыл в Константинополь, где поступил в распоряжение генерал-квартирмейстера Воруженных сил Юга России (ВСЮР). В мае того же года перебрался в Екатеринодар, в штаб А. И. Деникина. 2 декабря 1919 года Орлов принял должность начальника контрразведывательной части особого отделения Генштаба ВСЮР.

После разгрома Деникина —  Орлов стал руководителем одной из врангелевских контрразведок. На этом посту он добился существенной реорганизации белогвардейских спецслужб, последовательно вёл контрразведывательную работу против ВЧК и Коминтерна, перенеся её главным образом за пределы территории бывшей Российской империи.

В мае 1920. Орлов с документами на имя «ксендза Орбанского» совершил секретный вояж по Европе (Варшава, Рига, Таллин, Каунас, Париж, Лондон), где попытался создать разведывательные группы. Статус Орлова как врага советской власти подчёркивает факт создания в ЧК отдельного агентурного дела «на Орлова и разведку Врангеля».

После поражения Врангеля —  Орлов с 1920 года на долгое время осел в Германии, продолжив борьбу с большевизмом. В частности, в Берлине он выступил с идеей создания «Белого интернационала» (организации, в задачи которой входила «регистрация и тщательный надзор за выезжающими из Совдепии агентами»), был принят на работу разведслужбой Веймарской республики в качестве эксперта. За это время сыграл большую роль в разоблачении так называемой «германской ЧК», состоявшей из агентов Коминтерна.

В 1929 году Орлов (по сведениям Здановича, в рамках операции ОГПУ «Фальсификатор») был подвергнут в Германии суду за попытку продать компромат на американских сенаторов William Borah и George Norris, поддерживавших признание СССР.

После прихода к власти нацистов Орлову пришлось скрываться. Он бежал в Бельгию, где в 1939 году был задержан и отправлен в концлагерь, где и погиб в 1941 году.

По другой версии, многочисленные запросы советской стороны в Германию о выдаче Орлова не были удовлетворены, но в 1930 году он, опасаясь выдачи Советскому Союзу, уехал с рекомендацией от В. Л. Бурцева в Бельгию, где открыто жил до конца 1930-х годов (то есть Орлов не бежал от нацистов, хотя и испытывал сильную неприязнь к нацистской идеологии и даже в 1932 году был обвинён национал-социалистами в деятельности, направленной против НСДАП).

По этой версии, Орлов был арестован гестапо в начале немецкой оккупации Бельгии, то есть после мая 1940 года (массовые аресты русских в Бельгии произошли осенью 1940 года), и, по информации Здановича, подвергся пыткам.

Несмотря на противоречивые сообщения о его отправке в немецкий концлагерь или получении «хорошей работы» в абвере, нет сомнений в том, что он был убит выстрелом в затылок, а его тело было обнаружено в Берлине (Тиргартен) в январе 1941 года.